Нас, как отдельно взятых личностей и как общество в целом, как будто магнитом тянут поступки, которые губительны для нас, по вине которых мы влачим приземленное, нездоровое, подавленное существование. Увидев, какой ущерб способны нанести питание, привычки, образ жизни, мы решаем измениться.

Один из мотивов в данном случае — отвращение к себе: нам отвратительна наша порочная мораль, наше малодушие, эгоизм и потакание своим слабостям.

Возможно, кому-то отвратительны собственные частые вспышки гнева, во время которых он кричит на близких и сыплет оскорбительными словами, нанося непоправимый вред взаимоотношениям. «Да что со мной такое?» — думает этот человек. Другой, может быть, ненавидит себя за давнюю привычку курить, считает себя недостойным и слабовольным. Женщине отвратительно неумение отстоять свои права в экономических и личных отношениях. «Со мной что-то не так, — твердит она. — Почему я позволяю людям обманывать меня?»

И конечно, отвращение к себе предполагает отвращение к окружающим, ибо кто из нас совершенен? Самобичевание требует установления высоких стандартов для всех. Порой склонность к осуждению маскируется, лицемерно прикрывается притворной скромностью. А в других случаях она проявляется весьма откровенно. Мы осуждаем беспечных водителей, на полной скорости пролетающих по тихим улочкам, как будто поведение этих негодяев непостижимо. Мы с презрительным самодовольством смотрим на толстух, нагружающих свои тележки чипсами в супермаркетах. В осуждении, направленном на окружающих, есть оттенок самоутверждения, попытка построить имидж на фундаменте «а вот я бы до такого никогда не дошел».

Запрещать себе выказывать осуждение не только бесполезно, но и необязательно — потому, что стремление критиковать и осуждать угаснет само собой, как только на смену ему явится сострадание. А сострадание возникнет само собой, из трезвых и несентиментальных представлений об истоках человеческого поведения.

Такие представления можно облечь в два афоризма, от которых прошу не отмахиваться, ибо они многоплановы и глубоки:

 1. Будь ты на месте других людей, ты поступал бы как они.

 2. Болезнь ищет лекарство.

Пытаясь представить себя на месте другого человека, думайте о том, каково быть этим человеком, чувствовать то, что чувствует он, и вам будет не за что осуждать его. Окружающие почувствуют это и доверятся вам, и будут поражены тем, как много вы знаете о них — хотя они вам ничего не рассказывали. В этом и заключается смирение, истинное смирение, проистекающее от понимания простого факта: «Будь я на твоем месте, я поступил бы в точности как ты».

Для наших нынешних целей можно почти с уверенностью утверждать, что у каждого из нас изранена душа. В большей или меньшей степени мы пострадали в этом жестоком мире. Ответ на эти обиды, которые мы могли бы расценить как изъян, грех, преступление, как отвратительные, подлые, заслуживающие презрения, — естественная, вполне понятная реакция, как в примерах, приведенных выше. И не только понятная, но и мудрая, и трогательная. Так мы оправдываем второй афоризм: «Болезнь ищет лекарство».

Сострадание к другим, а тем более к себе не требует сквозь пальцы смотреть на пороки и не обращать внимания на темные стороны. Божественное в нас не отделено от наших самых постыдных грехов: оно содержится в них. В самой глубине скрывается милое, невинное существо, которое просто пытается выжить в негостеприимном мире, куда оно попало. Вы — чистый, серьезный ребенок, которого закружил вихрь событий, где лишь тончайшие нити связывают его с матерью. Не судите себя слишком строго, вы сделали все возможное, руководствуясь знаниями, какими располагали.

Если вы поймете, что каждый ваш поступок и действие окружающих — трогательно наивная реакция невинного малыша в теле взрослого человека, реакция на непостижимо жестокий мир, свойственное всем живым существам стремление избежать боли в этом мире, необходимость гнуться, подобно деревьям в грозу, под действием внешних сил, по сравнению с которыми любой человек — карлик, попытка скрыть бездонную печаль и боль утраты, желание во что бы то ни стало преодолеть все трудности, несмотря на почти невыносимые страдания, если осознаете, что во всех этих обстоятельствах человек все-таки проявляет героизм, живет, держится и наконец возвышается над ними, вопреки всем ожиданиям, — тогда вы разглядите в каждом божественную, сияющую красоту.

По материалам книги Чарльза Айзенстайн «Йога и питание»